«Встреча» №2 (2), 1996
Поднебесный град
Наш микроавтобус движется по шоссе Фессалоники — Афины, пролегающем в степной местности. Взгляд охватывает широкие просторы. Кое-где виднеются одинокие деревца. На обочинах шоссе, по которому мы ехали, растительность практически отсутствовала, разве что в местах развилок, где автомобили проезжают как бы по зеленому коридору из хвойного кустарника. Дорога иногда подходит к усыпанному ракушками побережью Средиземного моря, иногда на пути попадается горный массив, который можно миновать лишь по извилистому ущелью проложенного Творцом русла мелководной, но быстрой реки. На одной из вершин такого горного хребта от эпохи турецкого владычества остался остов древней крепости, вид которой уносит в седое и мрачное средневековье. Там, в этом ущелье, рядом с замком, есть место, вызывающее трепет у христианина и любопытство у туристов.
Узкий проход в скале заканчивается источником кристально-чистой воды, символизирующей непорочность девы, положившей здесь жизнь за Христа. Рядом, в этой же скале высечен храм во имя этой святой мученицы. Имя ей — Параскева.
И вот, следуя далее по нашей дороге, имея попутчиками банкиров, коммерсантов и туристов, подъезжаем к чудному месту. Сквозь залитое дождем стекло автомобиля, сквозь дымку виднеются каменные исполины, как будто десяток гуливеров поджидает нас, величественно скрывая свои головы в облаках. Подъезжая ближе, картина становится все более впечатлительней. Окончив свой путь, наши многозаботливые попутчики занимают свои места в офисах, кабинетах и у прилавков ларьков г. Калабака, а туристы и паломники следуют по извилистой асфальтированной дороге к тем, кто когда-то так тщательно пытался скрыться от мира.
Поразительное величие этого места заставляет понять все ничтожество человеческих творений, исканий и усилий. Одинокая козочка, карабкающаяся по узкому карнизу отвесной скалы тоже ищет там, на верху, нечто лучшее, чего нет внизу. Даже аромат весенних цветов создает впечатление чего-то неотмирного. И ни один человек, вооружившись самой новейшей техникой, не сможет передать весь этот колорит цветов, запахов и, вообще, впечатлений сидящему в кресле скептику, говорящему: «пока не увижу — не поверю». Он не поймет и тех, кто оставил все, вплоть до высшей царской власти, потому что не познал блаженной радости пребывания с Богом, ради чего аскеты и селились на Метеоре.
Согласно преданию, первые отшельники поднимались сюда еще задолго до X века. Они жили в пещерах и углублениях скал. Так возникли первые маленькие поселения, с небольшой молельней, куда бежавшие от мира собирались для молитвы и чтения Священного Писания.
Однако христианский долг требовал церковной молитвы с Литургией и причащением, для чего нужен был священник. Вначале подвижники собирались в древнюю церковь поселения Калабака. Позднее была построена церковь в честь Богородицы. Так, около XI века образовался скит «Дупиан» — первое организованное монашеское поселение Метеоры. Позднее из него вырос монастырь «Дупиан“-“Протат», устроенный согласно монастырской жизни Святой горы.
Два-три века время проходило мирно, однако в XII-XIV веках начались набеги франков, сербов, каталонцев, албанцев и турок, желавших захватить фессалийскую землю. В 1328-1344 годах при византийском императоре Андронике Новом Стефан Душан провозглашается царем сербов, ромеев, болгар и занимает Фессалию. Наместником трона он ставит Григория Прелиуба, а владыкой Этолии (ном центральной Греции) — его родного брата Симеона.
В 1334 году, преследуемый пиратами, из Святой горы в Метеору приходит монах Афанасий, сопровождаемый своим духовным отцом Григорием. Они размещаются на скале под названием «Столб капель» и живут там около десяти лет. Преподобный Афанасий Метеоритис имел пред собой цель создать хорошо организованный монастырь по типу афонского. В 1344 году он собрал 14 монахов из окрестных земель и поднялся на «Широкий камень», большую скалу высотой 613 метров от уровня моря и 413 метров от уровня города Калабака. Они начинают титаническую работу по реконструкции сделанных ранее построек. Здесь закладывается монастырь под названием «Великая Метеора». Этот благочестивый монах создал здесь и новый устав.
После смерти Стефана Душана и Прелиуба, Симеон провозглашается царем и объединяет Фесаллию и Эпир со столицей в Трикколе. Симеон был довольно благочестивым и особенно помогал монастырям Метеоры различными пособиями и привилегиями. А монастырю Дупиан даровал полную независимость. В 1371 году Симеон скончался, оставив после себя наследника Иоанна, который обучался тогда на Афоне. Когда Иоанн посетил Фессалию, то он поднялся на Метеору и познакомился с преподобным Афанасием. После этого он отказался от престола и принял постриг с именем Иоасаф. После смерти Афанасия он вынужден был принять игуменство над монастырем, управляя братией с благоразумием и смирением. Одаренный игумен, продолжая работу по благоустройству монастыря, возвел новые келии и больницу.
Великолепие места, защищенность от различных нашествий разбойников, которую ощущали монахи на этих неприступных скалах, со временем привели к созданию здесь
большого монашеского города, состоящего из многочисленных монастырей, поддерживаемых разнообразными дарами и привилегиями от местных правителей и земледельцев. Однако постепенно это теократическое государство начинает увядать и сегодня насчитывается всего 6 действующих монастырей (из 23-х): Преображения (Великая Метеора), Варлаам. Святого Николая, Руссану, Святой Троицы и Святого Стефана.
Монастырь преподобного Варлаама
Около 1350 года иеромонах Вар-лаам взобрался на один из утесов и соорудил маленькую церковь в честь трех святителей и келью. После его смерти должно было пройти 200 лет, чтобы братья Нектарий и Феофан поднялись на скалу, восстановили разрушенное и построили еще два храма: в честь всех святых и Иоанна Предтечи.
Храм Всех Святых был сооружен по типу святогорского крестовидного храма с одним куполом и галереей. В 1548 г. Франк Кателан, иконописец Критской школы, расписал святой алтарь и центральную часть храма, а позднее (1566) Георгий, священник из Фивы, расписал галерею.
Храм Трех Святителей восстановлен в 1627 году и через 10 лет расписан монахом Кириллом. Взирая на росписи, поражаешься непревзойденностью техники письма, сочностью колорита и, вместе с тем, аске-тичностью ликов. Особенное впечатление производит описанные в красках житие Ефрема Сирина и погребение Иоанна Златоуста. Здесь же, на фресках, с нашим взором встречается строгий и любвеобильный взгляд основателей монастыря: преподобных Нектария и Феофана, мощи которых покоятся там же, в северо-восточной части храма. Сквозь строгость их аскетичных лиц просвечивается отеческая любовь, наставляющая изнести из этого намоленного места не только сумму знаний и впечатлений, но и горячее желание искать «единого на потребу», — Царства Божяя, закрыть свое сердце для тленных сокровищ и собирать небесное богатства. Мы видели сокровища монастыря. Для искусствоведов да контрабандистов они ценны лишь потому, что они ветхи. И для монахов они ценны, ибо напоминают слезы, молитвы и подвиги древних аскетов, сими средствами стяжавшими Божию благодать.
Среди сокровищ монастыря упомяну шитую золотом по зеленому бархату надгробную пелену (1609), икону Пресвятой Богородицы с ангелами (1668), а также железные пояса основателей монастыря и уникальную бочку для хранения воды, вместительностью 13.000 литров, изготовленную в XVI веке.
Достопримечательностью почти всех монастырей является место, где первый раз ступала нога искателя небесных сокровищ. Здесь древние аскеты заканчивали подъем по построенным один над другим деревянным подмосткам, укрепленным балками в углублениях скалы, следы которых можно увидеть и сегодня. Позднее были сооружены гигантские веревочные лестницы. Тех же, кто не мог отважиться взобраться на скалу по лестнице, поднимали в сетке. Подъем занимал полчаса. Полчаса страха и трепета. Холодный пот охватывал поднимающегося, когда сеть отрывалась от земли и кружилась, колеблемая ветром.
В 1922 году были вытесаны в скале лестницы, и мы поднимались по ним, изумляясь живописностью пейзажа и бесстрашием первых скалолазов подвижников. Поистине верны слова апостола Павла: Кто отлучит нас от любви Божией: скорбь, или теснота… — ни высота, ни глубина (Рим. 8.35-39).
Великая Метеора
Примерно 60.000 м2 занимает пространство на вершине обрывистой скалы, где стоит ныне монастырь Преображения Господня. Вначале это место называлось «Широкий Камень», но позже было переименовано преподобным Афанасием в «Метеору», потому что скала эта была выше других в округе (с греч. Метесора — высящийся, парящий).
Главный храм монастыря был построен святыми Афанасием и Иоаса-фом в 1388 году, восстановлен — в 1484. Он так же, как и все храмы Метеоры сооружен по святогорской архитектуре. Крестовидный, с двадцатигранным куполом, неф поддерживается 4-мя колоннами, на которых изображены покровители монастыря. В северной части храма мы облобызали святые мощи преподобных Афанасия и Иоасафа, которые по греческим традициям не полностью покрыты пеленами. Алтарь храма имеет 10 метров в длину и украшен древними росписями. В раковине имеется иконографическое изображение военачальника в сербских поясе и шлеме. Это говорит, что, возможно, преподобный Иоасаф был сербом. В центральной части храма росписи датируются 1552 годом, но имя иконописца неизвестно. Длина храма без алтаря составляет 32 метра и высота купола 24 метра. В самом куполе изображен Вседержитель, окруженный ангельскими силами. Одним из сокровищ монастыря является великолепный архиерейский трон, украшенный мозаикой (1616).
При входе в монастырь в скале высечена маленькая пещерка, служившая убежищем преподобному Афанасию. Другое древнее строение монастыря — маленькая часовня в честь Иоанна Предтечи с резным иконостасом и пределом в честь святых равноапостольных Константина и Елены. Кухня — также одно из древнейших сооружений монастыря. Она очень невелика, но с куполом. Все пространство занимает огромная печь, куда помещались огромные чаны. Рядом же находится и трапезная, довольно большая по объему комната. Там же находится высеченный из монолитного камня стол, за который сидел игумен и два других, продолговатых — для братии.
Монастырская больница, стоящая позади трапезной, построена в 1572 году. Сегодня сохранился лишь первый этаж, но на втором этаже осталась лишь некоторая часть. На первом этаже сохранились четыре колонны, поддерживающие 8 маленьких куполов, украшенные барельефами. Там же стоит маленькая ветхая часовенка святых бессребреников. Сейчас древняя трапезная существует как музей, где выставлены уникальные экспонаты: икона Пресвятой Богородицы — дар Марии Палеолог, сестры ктитора монастыря Иоасафа, часть вышитого золотом покрова с автографом Андроника Палеоло-га, вышитое погребальное покрывало 14 века, большой крест из серебра, покрытых эмалью (1595), икона святого Иоанна Богослова (1582), четыре иконы XVI века и другие.
Нашему взору предстал захватывающий вид с башни для подъема монахов и провианта. Головокружительная высота, весенний чистый воздух, обзор всей Метеоры с высоты птичьего полета. Сохранился древний деревянный подъемный механизм с толстым веревочным канатом. Рядом находится и автоматическая лебедка XX века с металлическим тросом и тряпочной сеткой.
Вместе с историческими древностями мы могли увидеть новые труды насельников монастыря. Игумен монастыря предложил нам кофе в гостиной, интерьер которой выполнен на современный европейский манер. Комнату украшает великолепный мозаичный образ Пресвятой Богородицы, паркетный пол с замысловатыми рисунками, резные стулья и столы и выложенный мозаикой потолок, отражающий разноцветные лучи, проникающие из больших оконных витражей.
Монашеский град Метеора — поистине бесценное сокровище Церкви Христовой. Это памятник истинному подвижничеству и монашескому трудолюбию, создавшему столь неописуемую красоту, необыкновенно гармонирующую с творением Божиим.
Благочестивое стремление быть ближе к Богу проявилось не только в умной молитве и в борьбе со страстями, но и в непосильном труде, и редкостном бесстрашии, подвигшем на это богоугодное делание благоговейных инокинь, с 1961 года живущих в обители святого Стефана.
К сожалению, недостаток времени не позволил нам тщательнее и полнее познакомиться с этим чудным градом, «стоящим верху горы». Пожалуй, и невозможно человеческим языком передать все величие этого святого места, манящего сегодня не только любопытных туристов, но и благочестивых паломников.